Из писем Лили Брик Владимиру Маяковскому


В.В. Маяковскому в Москву (Петроград, начало марта 1918)

  Милый мой милый щененок! Целую тебя за книжки. "Человека" я уже помню наизусть. Оська тоже читает его с утра до вечера.
Ты мне сегодня всю ночь снился: что ты живешь с какой-то женщиной, что она тебя ужасно ревнует и ты боишься ей про меня рассказать. Как тебе не стыдно, Володенька?
Я все время больна, у меня жар; хочу даже доктора звать.
Как твое здоровье? Отчего ты не пишешь мне? Напиши и дай Леве - он отправит через артель.
Изданы книжки удивительно хорошо.
Ося весь день в "Вечерней звезде". Газета идет блестяще.
у меня все время было гнусное настроение. Последние два дня развеселили немецкие аэропланы.
Я очень по тебе скучаю. Не забывай меня.
  Лиля.



В.В. Маяковскому в Москву (Петроград, апрель 1918)

  Милый Щененок, я не забыла тебя.
Ужасно скучаю по тебе, и хочу тебя видеть.
Я больна: каждый день 38 температура; легкие испортились.
Очень хороша погода и я много гуляю.
Завидую, что вы снимаете - Яков Львович обещал и меня устроить в кинематограф.
У меня есть новые, очень красивые вещи. Свою комнату оклеила обоями - черными с золотом; на двери красная штофная портьера. Звучит все это роскошно, да и в действительности довольно красиво.
Настроение из-за здоровья отвратительное. Для веселья купила красных чулок, и надеваю их, когда никто не видит - очень весело!!
После операции, если будешь здоров и будет желание - приезжай погостить. Жить будешь у нас.
Ужасно люблю получать от тебя письма и ужасно люблю тебя. Кольца твоего не снимаю и фотографию повесила в рамке.
Пиши мне и приезжай, только операцию из-за этого не откладывай.
Обнимаю тебя, Володенька, детынька моя, и целую
  Лиля.



В.В. Маяковскому в Москву (Рига, конец октября 1921)

  Любимый мой щеник! Не плачь из-за меня! Я тебя ужасно крепко и навсегда люблю! Приеду непременно! Приехала бы сейчас, если бы не было стыдно. Жди меня!
Не изменяй!!!
Я ужасно боюсь этого. Я верна тебе абсолютно. Знакомых у меня теперь много, есть даже поклонники. но мне никто, нисколько не нравится. Все они по сравнению с тобой - дураки и уроды! Вообще ты мой любимый щен, чего уж там! Каждый вечер целую твой переносик! Не пью совершенно! Не хочется. Словом - ты был бы мною доволен.
Я очень отдохнула нервами. Приеду добрая.
Спасибо тебе, родненький, за хлопоты - возможно, что они мне пригодятся, хотя я теперь думаю, что всё устроится и без этого. Буду ждать здесь еще месяц. Если через месяц не поеду - берите меня опять к себе.
Пишите мне по адресу тети заказные письма: Александровская ул., д. 1, кв. 8, Гринберг, для мине.
Тоскую по тебе постоянно.
Напиши для меня стихи.
Не могу послать для себя никаких вещей, так как ничего совершенно не купила - очень дорого. Спасибо тебе за денежки на духи. Глупенький! Чего ты в Москве не купил! Здесь и достать нельзя заграничных! А если и можно, то по невероятной цене.
Ты резиновые кружочки для зубков получил? А сигары хорошие? Пиши по почте. Через курьеров не все доходят.
Я писала с каждым курьером…
Целую тебя с головы до лап. Ты бреешь шарик?
Твоя, твоя, твоя Лиля.



В.В. Маяковскому в Москву (Рига, конец декабря 1921)

  Волосик, Щеник, щенятка, зверик, скучаю по тебе немыслимо!
С новым годом, Солнышко!
Ты мой маленький громадик!
Мине тибе хочется! А тибе?
Если стыдно писать в распечатанном конверте - пиши по почте: очень аккуратно доходит.
Целую переносик и родные лапики, и шарик всё равно стрижетый или мохнатенький и вообще всё целую.
  Твоя Лиля.


В.В. Маяковскому в Москву (весна 1923?)

  Володенька, как ни глупо писать, но разговаривать с тобой мы пока не умеем:
Жить нам с тобой так, как жили до сих пор - нельзя. Ни за что не буду! Жить надо вместе; ездить - вместе. Или же - расстаться - в последний раз и навсегда.
Чего же я хочу. Мы должны остаться сейчас в Москве; заняться квартирой. Неужели не хочешь пожить по-человечески и со мной?! А уже, исходя из общей жизни - всё остальное. Если что-нибудь останется от денег, можно поехать летом вместе, на месяц; визу как-нибудь получим; тогда и об Америке похлопочешь.
Начинать делать это всё нужно немедленно, если, конечно, хочешь. Мне - очень хочется. Кажется - и весело и интересно. Ты мог бы мне сейчас нравиться, могла бы любить тебя, если бы был со мной и для меня. Если бы, независимо от того, где были и что делали днем, мы могли бы вечером или ночью вместе рядом полежать в чистой удобной постели; в комнате с чистым воздухом; после теплой ванны!
Разве не верно? Тебе кажется - очень мудрю, капризничаю.
Обдумай серьезно, по взрослому. Я долго думала и для себя - решила. Хотелось бы, чтобы ты моему желанию и решению был рад, а не просто подчинился! Целую.
  Твоя Лиля.



В.В. Маяковскому в Берлин (Париж, 14 апреля 1924)

  Мой родненький маленький щенятик и Волосит! Страшная беда: твою телеграмму, о том, что выезжаешь - получила в один день с английской визой! Не могу не поехать на несколько дней в Лондон, мама всё время хворает и умоляет приехать. Могу выехать только послезавтра из-за визных и одежных дел.
Париж надоел до бесчувствия! В Лондон зверски не хочется!
Соскучилась по тебе!
Ты не знаешь, до чего обидно было возвращаться с английской границы. У меня всяческий предположения на этот счет, о кот. расскажу тебе лично. Как ни странно, но мне кажется, что меня не впустили из-за тебя.
Я нисколько не похудела, слишком вкусно кормят! Хочется знать, как поживает твое пузо.
Еще одно горе: мне подарили было щенка! (Посылаю тебе фотографии его матери en face и в профиль.) Но теперь оказывается, что в Англию ввоз собак запрещен! Кроме того, все советуют купить в Англии, потому что там их родина (басаврюков) и есть, из чего выбирать. Так что жди нас вдвоем!
Я люблю тебя и ужасно хочу видеть.
Целую все лапки и переносики и морду.
  Твоя Лиля.



В.В. Маяковскому (Лубянский проезд, 19 ноября 1924)

  Волосик, ужасно обрадовалась письму, а то уж я думала, что ты решил разлюбить и забыть меня.
Что делать? Не могу бросить А.М., пока он в тюрьме. Стыдно! Так стыдно, как никогда в жизни. Поставь себя на мое место. Не могу. Умереть - легче.
Много бываю в городе. Живу у тебя. Когда говорю - дома, сама не понимаю, где. Люблю, скучаю, хочу к тебе.
У Скотика чума. Смотреть нельзя без слез. Боюсь, не умер бы.
Твои здоровы. У Люды роман и она счастлива. Ксаночка ревнует меня к Кольке - я для него замты.
Бескин меня любит. Моссельпром переименован в Моссельбрик или Осельпром…
Куда ты поедешь? Один? В Мексику? Шерсть клочьями? Достань для меня мексиканскую визу - поедем весной вместе. (и Оську возьмем?)
Впрочем, делай, как хочешь. а мы без тебя соскучились.
Целую твою щенячью мордочку.
  Твоя Лиля.



В.В. Маяковскому в Париж (Москва, 8 декабря 1924)

  Милый мой, родной Волосит, я всё еще в Сокольниках. Сегодня Альтер привез мне доберман-пинчера, сучку. ужасно веселая и умная - будет сторожить нас. Ее хозяев уплотнили и им пришлось ее отдать. Я ее уже люблю, но Скотика никогда не забуду.
Леф уже почти закрыли - даже набранный № запрещают печатать. Так что я с него ничего за "Ленина" не получила…
С шубкой 22 несчастья: не так положили ворс, и, когда я в первый раз надела ее, то вызвала в трамвае бурные восторги своими голыми коленками, а домой пришла в платье, обернутом как кашне вокруг шеи! Опять приходится переделывать.
Скажи Эличке, что она написала мне возмутительно-неподробное письмо: какое Тамар дала ей кружево? Какая новая шуба? Что ты сшил и купил себе? и т. д…
Рада, что ты веселишься, было бы хорошо, если бы тебе удалось проехать в Америку.
Осик работает и шляется. Левочка целый день в коопиздате (!) и вечером на рандевушечке. Малочка звонит по телефону; от Гиза отказался. Кольку я терпеть не могу. Ксана больна какой-то женской болезнью. все остальные арапы - на местах (в Водопьяном). Вчера Альтер, Коля и Крученых до 7 ч. утра играли в покер с рестом; Круч два раза бегал на 7-ой этаж за деньгами.
Жаль, что не пишешь мне.
Как ты причесан?
Спасибо за духи и карандашики. Если будешь слать еще, то Parfum Inconnu Houbigant'a.
Целую всю твою щенячью морду.
  Лиля.


гостевая книга admin@v-mayakovsky.com наверх