Создание «истинно благочестивого» произведения


Он на долгие годы погружается в создание «истинно благочестивого» произведения — трилогии «Жизнь Иисуса», работу над которым рассматривает как свое смиренное служение высшему принципу и подлинной вере.

Наиболее значительная страница в истории немецкого романтизма в начале XIX столетия связана с творчеством драматурга и прозаика Генриха фон Клейста (Heinrich von Kleist, 1777-1811), по праву считающегося классиком мировой литературы. Жизнь и судьба Клейста по-романтически спутаны и наполнены трагическими событиями и душевными надломами. Он принадлежал к древнему дворянскому роду, в традиции которого входило следование абсолютным нормам кастового послушания, служения суверену (мужская линия этого рода реализовала себя в военной карьере). До конца 1790-х годов Клейст, чрезвычайно одаренный, впечатлительный и крайне честолюбивый юноша, развивался в традиционном для семьи русле. Неудовлетворенность предустановленной карьерой и моделью развития находит у Клейста отражение в его попытках получить «гражданское» образование: он занимается во Франкфуртском университете физикой, математикой, философией.

Внутренним событием колоссальной важности, оказавшим воздействие и на дальнейшую судьбу Клейста, и на его творческий путь, становится его знакомство с философскими сочинениями Иммануила Канта, и в частности с учением Канта о непознаваемости «вещи в себе». Умозаключения Канта, изложенные с присущим немецкой классической философии академизмом, Клейст воспринял по-романтически страстно и личностно: суть вещей непознаваема для человеческого разума, здесь не поможет никакое знание. Не существует способов логического доказательства истинности или ложности того или иного

явления или морального принципа. Человек на земле остается без нравственных ориентиров, без точки опоры в мире.

Мировосприятие Клейста связано с болезненно-обостренным чувством непрочности мира, уязвимости, хрупкости человека. Трагизм бытия клейстовских героев обусловлен их стремлением к утверждению абсолюта (будь то «чувство справедливости, точное, как аптекарские весы» в повести «Михаэль Кольхаас», идея абсолютного доверия вопреки всем фактам внешней, обыденной жизни в новелле  или исступленно-восторженная вера в конечнре торжество безоглядной любви в драме «Кетхен из Гейльбронна»). В этом смысле герои Клейста вполне остаются в русле канонического развития романтизма с его неистовой верой в возможности человеческого духа и в высшее предназначение человека с его антропоцентрической картиной мира, с восприятием личности как меры всех вещей, неподвластной обыденности и всем земным установлениям.

2014-04-26 08:42:43



гостевая книга admin@v-mayakovsky.com наверх